О.БУДИНА У меня был другой вопрос, но, услышав то, что сказал Павел Алексеевич, я позволю себе не согласиться. Я абсолютно уверена, что усыновление наших детей иностранцами — это очень хорошо, потому что больных детей иностранцы берут, наши соотечественники почти не берут. Это очень короткое такое замечание.
Но сегодня я хотела бы поговорить о 77-й статье Семейного кодекса.
Конечно, в последнее время детская тема стала популярной темой. Предпринимаются, действительно, разнообразные попытки, всевозможные попытки искоренить социальное сиротство. Но я не могу не сказать о том, что далеко не всегда все лишенные родительских прав являются нерадивыми родителями.
Вот конкретный пример. В квартиру матери-одиночки хулиганы бросили камень в окно и разбили стекло. У нее не было средств для того, чтобы вставить новое. Пришли сотрудники органов опеки и забрали ребенка в приют, двухлетнего ребенка. И действовали они на основании этой статьи 77 Семейного кодекса, в которой написано, что существует непосредственная угроза жизни и здоровью ребенка.
При этом, ни в Семейном кодексе, ни в Уголовном кодексе не написано, не раскрыто понятие, что такое угроза жизни и тем более здоровью ребенка. Более того, Семейный кодекс говорит о том, что после отобрания ребенка из семьи, нужно незамедлительно подать в суд иск о лишении или ограничении родителей в правах. Почему? Почему до сих пор не внесены изменения в 77-ю статью? Ведь это же и есть точка входа ребенка в социальное сиротство. И если мы не изменим параметры этой точки, мы не решим эту проблему никогда.
Далее, детские дома. В детские дома, действительно, серьезно направляются финансовые вложения. Почему эти вложения не направить в сторону семейного устройства, ведь это же очень важно. Почему на сегодняшний день вся законодательная система «заточена» практически на взращивание социального сиротства? Почему государство спонсирует социальное сиротство вместо того, чтобы человеколюбиво, грамотно отнестись к ребенку? В семье, для того, чтобы ребенок жил в семье, прежде всего.
В.ПУТИН Ольга, сейчас сформулирую свое отношение к этой проблеме. Она так же, как и многие другие, которые мы обсуждаем, очень чувствительная для общества, потому что имеет отношение к судьбам конкретных людей. И от того, как мы отрегулируем эту сферу, многое зависит в судьбах этих людей.
Я знаю о случаях, когда происходят вот такие негативные, мягко говоря, явления, когда родителей лишают прав без достаточно на то оснований. Когда встречаются такие случаи, — камень бросили, а пришли и забрали ребенка, — если это действительно так — «камень бросили», не на что деньги ставить, и только на основании этого ребенка отобрали…
О.БУДИНА…
В.ПУТИН Вот Вы говорите абсолютно правильно, но когда начинаешь ковыряться в проблеме более глубоко, выясняется, что там кроме камня и разбитого окна есть еще десяток причин, вот в чем дело.
Я сейчас совершенно не хочу защищать. Я сейчас скажу свое отношение, выражу, сформулирую. Не хочу защищать тех, кто это делает.
Если это делается бездумно, по формальным основаниям, это достойно осуждения, и наоборот, нужно обратить внимание местных властей на то, чтобы не доводить дела до отъема ребенка из семьи, а помочь этой семье. Помочь стекло вставить, поддержать, в данном случае — мать-одиночку, как Вы сказали, и, вообще, нужно изменить отношение общества к женщинам, которые в одиночку воспитывают детей.
Часто это не их вина, а их беда, и просто общество должно настроиться на то, чтобы этих женщин поддержать и помочь им поднять ребенка, помочь поднять в семье, даже в неполной семье. Это все равно лучше, чем в детском доме.
Теперь по поводу того, что государство настроено на то, чтобы поддерживать детские дома и не поддерживать передачу в семью. Вы ошибаетесь. Государство настроено на то, чтобы способствовать передаче ребенка в семьи. Я уже говорил, у нас растет количество семей, берущих детей на воспитание, и усыновление растет, и по опеке и попечительству растет.
В чем проявляется эта политика государства? В решении поддержать и распространить на семьи, которые берут детей, те же самые условия, которые распространяются на семьи, в которых появляются собственные дети. Это касается выплат соответствующих пособий. И количество учреждений, в которых дети воспитываются, у нас сокращается. Я боюсь ошибиться в абсолютных цифрах, но совсем недавно их было, по-моему, 120 с лишним тысяч, а сейчас их 88 с небольшим тысяч. Это количество сокращается.
Но мы не можем это сделать сегодня на завтра. И нужно, чтобы люди были готовы к тому, чтобы взять на себя ответственность за воспитание ребенка. Поэтому мы изменили несколько законодательство, поправили его. Если раньше семьи, которые берут детей, должны были пройти соответствующую подготовку, в том числе и психологическую подготовку по воспитанию ребенка, раньше это было по желанию, теперь это стало обязательным требованием. Это тоже правильно. И, конечно, нужно будет наращивать денежную составляющую поддержки тех семей, которые детей берут.
И последнее. К сожалению, у нас большое количество отказов от тех детей, которых уже взяли на воспитание. И это такая важная составляющая работы с людьми, с обществом. Она не зависит только от позиции Правительства. Она зависит от всего нашего общества. Нам всем вместе нужно как следует подумать, как решать эту проблему.
Дайте Ольге, она пытается получить возможность еще сказать.
О.БУДИНА Я хотела бы в письменном виде, в рабочем порядке предоставить Вам наши соображения по решению этого вопроса.
В.ПУТИН Пожалуйста. С удовольствием их посмотрим. Я лично с удовольствием ознакомлюсь.
Я Павлу хотел возразить по одному вопросу, забыл. Вы сказали, что у нас с рождаемостью плохо. Да, у нас с рождаемостью пока не очень хорошо.